Французский кризис, иммигранты и вина за колониализм

Решительно взявшись за исцеление французской экономики и делая акцент на "урезании" доходов богатых в пользу всех остальных, президент Олланд явно играет на ностальгии земляков по спокойным временам правления своего тезки и тоже социалиста Франсуа Миттерана. Причем вовсе не факт, что риторика нового главы государства носит популистский характер: всё прошлое Олланда говорит о его сугубо социалистическом взгляде на экономическое и политическое будущее страны.

Должно быть, его коллеги-соседи смотрят на столь "левые" шаги скептически. В то время как в других странах Евросоюза активно сокращают расходы, включая социальные, Олланд заявляет, что жесткая экономия — это не единственная мера. Да и она, мол, будет применяться его правительством избирательно.

Вот объявлено: в следующем году расходные части бюджета Франции будут сокращены на беспрецедентную сумму — 33 млрд евро. А за счет чего? Дадут ли должный эффект то же "наступление" на богатых или, допустим, провозглашенное снижение на 30% зарплат для президента и членов кабмина?..

Франсуа Олланд пытается примирить и в некотором роде уравнять классы, но ему стоило бы бы обратить внимание на проблему другой интеграции: этнической. Сейчас, если верить открытым источникам, во Францию ежегодно въезжает около 180 тысяч иммигрантов, в основном из Северной и Западной Африки. Если посчитать нелегалов, цифра наверняка окажется больше. Между тем, это численность населения не самого маленького по европейским меркам города.

И, соответственно, значительные расходы бюджета. Сколь значительные, известно: около 72 миллиардов евро ежегодно, и это лишь на сдерживание нелегального въезда. Налогов же иммигранты платят всего на 46 миллиардов. Ведь многие из них работают неофициально.

Методы решения, предлагаемые крайне правыми и прочими экстремистами, мы сейчас оставим в стороне. Но проблема, безусловно, существует, и ее обсуждение стало знаковым этапом предвыборных дебатов между Олландом и прежним президентом Николя Саркози. Последний не скрывал недовольства ситуацией: "На территории нашей страны слишком много иностранцев, и мы больше не можем обеспечивать их жильем, рабочими местами и школами".

Олланд, впрочем, тоже не закрывает глаза на проблему. В своей предвыборной программе он, напомню, обещал иммиграцию сократить. Но с многочисленными оговорками: например, студентов допускать во Францию можно. Кроме того, он поддержал политику воссоединения семей, что, учитывая многодетность африканских кланов, ставит заявленное сокращение под большой вопрос.

Теперь пора сказать о том, что так называемая толерантность, о которой так много хорошего и плохого сейчас говорят на Западе, в своей европейской модели оказалась очевидно однобокой. Но вовсе не потому, что "негры плохие, а белые хорошие". Причина в том, что XX век, несмотря на войны и разного рода революции, не так уж и сильно изменил психологию западного человека. Еще Шпенглер 100 лет назад видел одну из проблем европейской цивилизации в ее излишней обособленности, даже отчужденности от всего мира. И, напомню, напророчил европейской цивилизации закат.

Что же мы видим сейчас? Границы для жителей Африки во Францию, Италию, Испанию практически настежь открыты, но обособленность остается: белые в Париже живут сами по себе, арабы и темнокожие — по своим правилам и в своих кварталах. Кто виноват: приезжие? Да, безусловно. Хозяева? Конечно, и в первую очередь они. Ведь Европа — это их дом, так что именно европейцы должны устанавливать и блюсти в нем порядок.

Зачем нужен комплекс вины за колониализм, открывающий границы в Европу сотням тысяч нелегалов? Зачем нужно это воспетое Киплингом "бремя белого человека"? Кстати, если уж на то пошло, автор призывал европейцев не только завоевывать "дикарей", но и просвещать. Современные политики об этом, похоже, забыли. Но колониальная эра закончилась, а история не знает сослагательного наклонения. Да, это было. Но сейчас другие времена и другие проблемы.

Разумеется, полностью отказаться от труда иммигрантов во Франции невозможно, как и закрыть границы наглухо. Значит, нужно искать способы, позволяющие приезжему адаптироваться к новым условиям, интегрироваться во французское общество и работать на него, а не только на свою голодающую семью в Сенегале.

Как это сделать? А это уже вопрос к политикам, в том числе к Олланду. Почему бы, например, не расширить французский бизнес в бывших колониях? Европа ведь небольшая, новых заводов там особо не понастроишь. Уверен, что многие местные жители будут рады остаться на родине предков, если там будут созданы нормальные условия для работы.

А Франция получит хорошие деньги на развитие, не говоря уж о выездной практике для молодых специалистов. Чем не социализм? И не нужно здесь искать тень колониального прошлого. Даже если она существует, у медали всегда две стороны, а вот что безусловно является пережитком — это деление вещей на черное и белое.

Кстати, Леопольд Сенгор, создатель негритюда (философского учения, которое многие оппоненты считают основой черного расизма), не видел африканскую цивилизацию изолированной, был противником конфронтации народов. Отмечу, что он долгое время жил и учился во Франции. И в те годы об этнической преступности в стране было почти не слышно, зато там регулярно выступали Дюк Эллингтон, Майлз Дэвис и другие звезды "черного" джаза. И французы были довольны.

Сейчас картина другая, полная крайностей. В марте потомок основателя парфюмерного дома Guerlain, Жан-Поль Герлен,был оштрафован на 6 тысяч евро за оброненную в телеэфире фразу "работал как негр". Это, правда, было еще при Саркози. Дай Бог, чтобы Олланд вывел Францию из полосы крайностей.