Гей-парад для разумного гея - это хуже некуда

В 2013 году исполнится двадцать лет со дня отмены статьи УК, каравшей мужеложство. Это значит, что в РФ должно вырасти уже целое поколение гомосексуалистов, не чувствующих себя ущемленными. И оно на самом деле выросло…

Теперь не так уж редко встречаются наши сограждане, которые живут с однополым "другом" или однополой "подружкой", и не особо скрывают характер своих отношений. Не скрывают – но и не афишируют. Что естественно – ведь и гетеросексуальные пары не кричат на всех перекрестках: "Учтите, мы занимаемся сексом!" Кому до этого может быть дело, кто вообще имеет право об этом знать?

Такова и есть настоящая свобода интимной жизни: свобода молчать. Если человека заставляют докладывать о подобных вещах, ни о какой свободе не может быть речи. Неважно, кто именно оказывает давление – чекист с пистолетом, самозваный "православный психолог" или же "властитель дум", вещающий, что молчать об интимной жизни – неправильно и несовременно. Последнее может показаться ерундой по сравнению с пистолетом или обещанием адских мук. Но на поверку быть "неправильным и несовременным" трудно для человека, особенно молодого.

Чаще всего разумные гомосексуалисты не ходят на гей-парады. Более того, они относятся к этой деятельности отрицательно. Они не без оснований полагают, что такие мероприятия их дискредитируют. Обидно, когда люди, узнав, что ты любишь человека своего пола, сразу же ассоциируют тебя с любителями покричать о своих сексуальных пристрастиях.

С другой стороны, на гей-парадах можно увидеть людей, не имеющих к гомосексуализму никакого отношения. Это либералы, которые принципиально выступают против любого ограничения прав, не раздумывая, о каких правах в данном конкретном случае идет речь и чем вызвано ограничение – чьей-то злой волей или естественным ходом жизни. Если дать им волю, они выступят против ограничения права рыбы на жизнь вне водоемов. И плевать, что в итоге либо рыба задохнется, либо придется затопить сушу.

Какие права гомосексуалистов в настоящее время можно считать "нарушенными"? И можно ли сказать, что эти неудобства касаются исключительно геев?

Самое простое – "право на признание". "Общество должно принимать нас", – заявляют активисты. Тут все просто: уважение можно завоевать только индивидуально, корректируя и обучая собственный круг общения. Глупо думать, что "если мы проведем гей-парад и добьемся положительных отзывов в прессе, моя мама отменит объявленный мне бойкот".

Логичнее побеседовать с мамой. Уважение к группе не порождает уважение к каждому ее члену. Все наоборот – если каждый член группы завоюет уважение своих близких, общество постепенно начнет уважать и всю группу. Причем завоевание должно производиться не путем голословных требований, а путем повседневных дел. Люди не должны постоянно слышать, что "геи – нормальные члены общества". Они должны это видеть.

Следующий пласт прав – юридический. Наследование и суды, собственность и служебная медстраховка для семьи… В общем, все то, что дает супружеский брак. Нельзя сказать, что проблемы нет, но она не является сугубо "гомосексуальной". Дело в том, что сейчас понятие семьи во многом утеряло смысл. Многие люди не общаются с родителями, братьями и сестрами.

Зато рядом с ними есть надежные друзья, связанные общим опытом и интересами. А если с человеком что-то случается – либо друзьям приходится разыскивать родню по городам и весям, либо родственники сами вдруг появляются и диктуют свои условия.

Многое можно решить отдельными юридическими актами – завещания, доверенности… Но легко ли это? Гораздо удобнее было бы гражданское партнерство, по правам аналогичное браку, но психологически к нему не приравниваемое. Однако это не имеет отношения к сексу.

За введение таких партнерств могут плечом к плечу бороться и две лесбиянки, и две обычные подруги. Причем лесбиянкам придется отказаться от афиширования своей интимной жизни – просто потому, что такие личные моменты неуместны в серьезной борьбе.

И – это может быть лишь временной мерой, потому что институт семьи все-таки нужно восстанавливать. Время показало, что семья является самой мощной из возможных "ячеек общества". В частности, только там могут воспитываться сильные, адекватные дети.

Тут мы переходим к следующему "ограничению прав геев" – усыновлению. Человеческая психика – механизм с тонкой настройкой, развивающийся строго определенным образом. До пяти лет ребенок живет в симбиозе с матерью. Затем подключается отец, готовый учить и тренировать. Под его защитой ребенок знакомится с большим миром. Одновременно он наблюдает за отношениями родителей, познавая модели взаимодействия мужчины и женщины.

Затем следует подростковый возраст – ребенок отрывается от родителей, утверждает собственную личность. Часто он делает это грубо и глупо. Роль матери тут – показать, что "мы все равно тебя любим и готовы помочь". Роль отца – продемонстрировать, что "ты можешь действовать, как взрослый, но и спрос с тебя повышается". То и другое необходимо, чтобы в итоге, по закону равновесия, все же сохранить связь с родителями, но уже в роли самостоятельного человека.

Конечно, и в гетеросексуальной паре эта система может давать сбои. Какие-то из них почти не оставляют следов, какие-то причиняют психические травмы… В случае, если ребенок воспитывается одним родителем, он изо всех сил ищет замену второму – в учителе или учительнице, дедушке или бабушке, да хотя бы в книжном герое или популярном певце.

А если ребенок растет в детдоме, его психика редко в итоге встает на место. Обычно это объясняют генетической предрасположенностью или грубостью персонала… Но, к сожалению, даже детдомовец с идеальной генетикой, окруженный ласковыми нянечками, редко обретает счастье.

Какова же судьба ребенка, воспитанного "двумя мамами или папами"? Многое зависит от личностей "мам или пап". Если они являются простыми гомосексуалистами, а не гей-активистами, и ребенок, например, остался у кого-то из них после прежних отношений, – все может быть не так страшно.

Это может быть похоже на судьбу ребенка, воспитанного одинокой матерью и незамужней тетей, либо отцом и дядей-холостяком. Такое (особенно первый вариант) нередко случается просто по стечению обстоятельств. Психика ребенка будет развиваться по описанному выше варианту с одиноким родителем. Не идеал, но все же лучше, чем в детдоме.

Если же гомосексуалисты являются "идейными"… Тогда ребенок находится ровно в той же опасности, как при любой иной "идейности". Благополучной такую семью не назовешь. Просто потому, что любой фанатизм – вещь опасная и непредсказуемая. В данной ситуации детдом – увы, лучший вариант.

Как отличить фанатизм от простого увлечения необычными идеями? Простого гомосексуалиста от гей-активиста, простого вегетарианца от ненавистника "мясоедов", простого приверженца редкой религии от сумасшедшего сектанта? Очень просто: фанатики обычно пропагандируют свое увлечение, резко противопоставляют себя остальному обществу и во всем видят ущемление своих прав. Например, они проводят гей-парады…

В Санкт-Петербурге гей-парад все-таки прошел, если это можно так назвать. 7 июля в Полюстровском парке задержали троих организаторов несанкционированной акции, причем, по некоторым данным, никто кроме них на "парад" не пришел.

В тот же день около Смольного задержали еще пятерых активистов. Вскоре задержанных отпустили. Таким образом, побороться за "идейный гомосексуализм" во всем городе привелось всего-навсего восьмерым геям.

Может быть, не зря Петербург получил звание культурной столицы? Похоже, большинство местных гомосексуалистов не смотрят на мир через призму сексуальных пристрастий.