И блоху подковать, и на Марс слетать

Умели всё же наши классики творить нетленку! Сто тридцать лет прошло, как Николай Лесков создал свой знаменитый сказ о тульском косом Левше и стальной блохе, а читаешь – будто сегодня написано. Те же проблемы, нравы, а главное типы. От государя Александра Павловича, чрезмерно хвалившего в аглицких кунсткамерах искусство чужеземных мастеров противу отечественных (хотя там внутри "неподражаемого" пистоля таилась русская надпись "Иван Москвин во граде Туле"), до каких-нибудь городовых, кои "баснословного" Левшу по возвращении в Питер без "тугамента" "свалили в квартале на пол", сняли с него заморское "платье и часы с трепетиром, и деньги обрали".

Увы, картина знакомая… Только, пожалуй, высоких чинов, вроде атамана Платова или императора Николая I, до конца веривших в своих умельцев, осталось на Руси ещё меньше…

Не говорю уж про нашу доблестную интеллигенцию, особенно медийную, для которой наши мастера непременно "косорукие", включая лесковского Левшу. С перестроечных времён слышим издевательства над бедолагой, подковавшим блоху, после чего она, мол, и прыгать перестала. Испортил, варвар этакий…

Между тем, у Николая Семеновича тема подана куда глубже. Спецзаказ наш Левша со товарищи всё же выполнили, превзошли в тонкости аглицких коллег. Ну, а насчёт прыганья блохи… По наитию работали, в "арифметике" не сильны были. Так это не им упрёк, а как раз намёк властным чинам, чтобы ценили своих мастаков, к наукам книжным приобщали, помимо "Псалтиря да Полусонника"...

И как тут снова не подивиться мудрости автора, нетленности "намёка" его, доныне актуального. Все мы сегодня много рассуждаем, с чего надо начинать латание прорех, унаследованных от "лихих девяностых". Конечно, и с инвестиций, модернизаций, инноваций… Но, прежде всего, думается мне, с возрождения заботы о "левшах", о мастерах на все руки. Ведь, как ни крути, была когда-то забота. На себе испытал.

Со школы, кроме наук, познавали мы азы мастерства по дереву, по металлу, по земле. Многие вместе с аттестатом зрелости получали "корочки" трактористов, шофёров, швей. А сколько при клубах, домах пионеров работало кружков – судомодельных, авиамодельных, вышивальных… Действовала система подготовки «трудовых резервов», сеть ПТУ, СПТУ, наставничество на заводе, в поле, на стройке.

Но с приватизацией оных, с приходом эффективных собственников всё это было упразднено. За нерентабельностью. Да и за ненадобностью. Ибо тысячи заводов и хозяйств закрылись. Остались скважины, шахты, лесосеки, где особого мастерства не требуется, знай, руби да качай, да "бабки" считай.

Именно считающих расплодилось особенно много, ну, и ещё – говорящих. Мой знакомый, бывший токарь-лекальщик с умершего завода телевизоров, метко сказал про них: "Во устроились! Рот закрыл – и рабочее место убрано".

Но на таких спецах далёко не уедешь. Это было сразу понятно. Помню, ещё 90-х, в самую смуту, высокой руки каменщик, клавший "атомные печи" в ЗАТО (закрытом административно-территориальном образовании) и оставшийся без работы, говорил мне: "Это ж не плиту сложить – реактор! Нас разогнали, попомни слово: через пятилетку каких-нибудь финнов звать будете". И - как в воду глядел! Не только реактора, уже обычной плиты сложить некому. Сосед по даче второй год мается, печника ищет. Да разве речь об одних печниках!

Нечто подобное слышал и от бывшего ведущего инженера Красноярского машиностроительного завода, прозябавшего клерком в местной управе: "Не стало заказов, замерли станки, спецы разбежались. А вы представляете, что значит подготовить инженера для точного производства, к примеру, ракетного? Мы из втуза отличника брали, не испорченного ширпотребом, и 5-6 лет натаскивали, прежде чем допустить к делу. Там же всё на миллимикронах!" Где ныне эти инженеры?

Будь они, не падали бы спутники, не горели ракеты, да и на автозаводах мы делали бы свои машины, равные лучшим в мире, а не крутили отвертками шурупы на чужих…

Однако не хочется впадать в грех уныния. Слава Богу, не всё ещё потеряно. Во-первых, народ наш не стал бесталаннее. Как-то у нас в Красноярском крае провели конкурс умельцев "Сибирский Левша". Мне довелось заседать в жюри. Чего только не навезли из городов и весей – от трактора, собранного из утиля, до туесков-матрёшек и прялки с… электроприводом. А один пчеловод показал фото "неподъёмного изделия" - храма, который построил по собственным чертежам на свои кровные.

Так что в глубинке живы потомки Левши, поддержи только, подучи, любую блоху подкуют. А посмотрите на выставки студенческого творчества. Там ещё больше чудес. Вон наши студенты Сибирского аэрокосмического университета сами спутники готовят и запускают, по примеру академика М. Решетнева, чьё имя носит их вуз. Как-то я подначил на выставке одного продвинутого студиоза: "А блоху подкуёшь? - При нашей-то технике да электронике? Запросто. Хоть живую. Ещё и скакать будет», - заверил он.

Правда, ректор был осторожнее. Мол, и блоху подкуём, и на Марс полетим, надо только вернуть школярам технические кружки, станции юннатов, ПТУ, больше поощрять студентов техвузов, учёных и, конечно, инженеров. Но прежде всего – вернуть честь и достоинство мастеру, золотым рукам. Создать все условия своим левшам, смекалистым и умелым.

Слышу, заговорили о том же и первые лица государства. Только бы за выборами да митингами не ограничились разговорами. Всем же ясно, что без мастера-умельца мечты об инновациях-модернизациях останутся мечтами.