Масленников Никита: Спад инфляции не является гарантией устойчивого темпа роста

Здесь нужно понимать, что имел в виду министр финансов, когда давал оценку экономическому состоянию страны. Силуанов близок к истине, когда говорит о том, что инфляция сейчас выходит на свой пик. Можно спорить, сколько еще недель она продержится на таком высоком уровне, и какое максимальное значение будет в годовом выражении. На 10 марта это было 16,7%, потом за неделю инфляция еще прибавила 0,2%, поэтому март мы будем заканчивать, скорее всего, с годовым выражением более 17%, и еще нас ждет непростой апрель. После этого многие эксперты ожидают, что к майским праздникам пик инфляции начнет снижаться.

Основания для такого вывода есть, потому что инфляция первой декады марта по своему темпу, если брать суточный прирост цен, ниже, чем инфляция в феврале. Тогда за месяц цены выросли на 2,2%, в январе – на 3,9%, а сейчас мы видим всего – 0,4%. Но самое интересное то, что среднесуточный темп роста первой декады марта был в два раза ниже, чем февральские темпы роста. Это позволяет надеяться, что инфляция действительно выходит на свой годовой пик, и, начиная с апреля (ближе к концу), пойдет на снижение.

Так что заявление Антона Силуанова не вызывает особых возражений, потому что он комментирует реальные факты, которые легко проверяемы. Но это вовсе не означает, что мы вышли из другого кризиса – кризиса экономической модели, нашего структурного и системного кризиса. Вот с этим мы только-только начинаем разбираться, поэтому надо сделать поправку на оптимистические высказывания Силуанова, что именно он имеет в виду. Спад инфляции не является гарантией того, что в 2016-2017 годах будет устойчивый темп роста. Наоборот, если мы получаем устойчивый плюс к концу года, то риски неустойчивости темпа роста в следующем году увеличиваются.