Желая выразить несогласие с решением властей, самурай вскрывал себе живот. Русский боярин бежал от притеснений, подобно князю Курбскому, к иноземному государю. В более поздние времена, дабы избавить чиновников от участи самоубийц и беглецов, изобрели отставку.
Губернатор может уйти в отставку по собственному желанию в любой момент (пункт "в" части 1 ст. 19 Федерального закона от 6 октября 1999 г. № 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации"), не объясняя причин такого шага.
Публике остается гадать: то ли начальник властью пресытился и все, что мог, от нее взял; то ли покою и негромкой частной жизни ему захотелось; то ли заболел не на шутку; а быть может, не стал он, предусмотрительный, дожидаться гонца из Москвы да позорного отрешения от должности.
Губернатор Краснодарского края пригрозил уйти с поста, если обвиняемые в преступлениях, совершенных в станице Кущевской, "откупятся" от наказания. Он публично пообещал: "Кара будет самой жестокой и неотвратимой".
Если губернатор А. Ткачев чувствует свою ответственность за многолетнее существование на вверенной ему территории бандитского анклава (единственного ли?), он мог бы подумать об отставке и раньше. Если же он своей вины не ощущает, то стоило бы воздержаться от безответственных заявлений.
В самом деле, с 1864 года, когда в результате Великой Судебной реформы юстиция отделилась от администрации, когда наместники и губернаторы перестали конфирмовать (утверждать) судебные решения, никто из чиновников не вправе предвосхищать содержание приговоров и обещать "жестокую" кару людям, виновность которых не установлена в ходе гласного и состязательного процесса.
Ни президент России, ни Верховный Суд РФ, ни Следственный комитет РФ, ни прокуратура не компетентны вмешаться в отправление правосудия данным составом суда, а следовательно, их бессмысленно запугивать губернаторской отставкой: даже при всем желании сохранить кресло за А.Ткачевым, они повлиять на приговор не властны.
Краевой же суд лишь по названию "краевой", но по правовой природе – федеральный, и властям субъекта РФ не подчинен. Клятвы и угрозы губернатора для правого суда – как отдаленный гром или, если выразиться нелицеприятно, пустой звук.
Справедливость наказания, назначенного осужденным, оценивается не губернатором. Жаловаться на чрезмерную мягкость или суровость наказания вправе стороны обвинения (прокурор, потерпевший) и защиты (осужденный, его адвокат). Верховный Суд вправе уменьшить размер наказания своей властью либо, при наличии представления прокурора или жалобы потерпевшего, отменить излишне либеральный приговор и вернуть дело в тот же суд для нового его рассмотрения в другом составе судей.
При этом новый процесс может закончиться и оправданием ранее осужденных лиц, и назначением им прежнего, и даже еще более слабого наказания; не исключается и усиление кары, но зависит степень ее тяжести от внутреннего убеждения судей в ее справедливости.
Местный чиновник, принимающий на себя обязательства за исход неподвластного ему дела, похож на индейского царька ("касика"), который в глазах соплеменников отвечал за своевременный восход и закат Солнца. Некоторые верили.
Желание покрасоваться перед народом, раздавая энергичные обещания, можно было бы счесть безобидным чудачеством, когда бы не далеко идущие последствия бахвальства. Вытекают они из презумпции невиновности, провозглашенной Международным пактом о гражданских и политических правах, закрепленной в Европейской конвенции, признанной в ст. 49 Конституции России.
Согласно позиции международных органов по защите прав человека, право считаться невиновным приложимо не только к обращению со стороны суда и оценке свидетельских показаний, но и к обращению с обвиняемыми до процесса в суде. Это право распространяется на подозреваемых еще до предъявления обвинения перед судом и его действие продолжается и после вынесения приговора вплоть до последней апелляции.
Как многократно отмечали Комитет ООН по правам человека и Европейский суд, власти не должны делать заключений о виновности обвиняемого до решения суда. Государство обязано не допускать оказания СМИ, общественными группами и должностными лицами влияния на исход дела путем высказываний по его существу.
Губернаторская несдержанность может, после принесения соответствующих жалоб подсудимыми и защитниками, аукнуться России в Женеве и Страсбурге. Не три года до них скакать - чай, не при гоголевском Городничем живем…
Комментарии
Комментариев пока нет.