Не надо забывать "советский космос"

Мне нравится, что Игорь Комаров не торопится. Это создает возможность (благодаря достаточному запасу времени), даже при неблагоприятном развитии событий, для выполнения его обещания. И, слава Богу, что теперь мы уходим от принятия очередных обещаний "завершить стройку ко дню принятия Конституции" или "построить новую автомобильную развязку на два года раньше запланированного срока". Хорошо, что Комаров избегает подобной риторики. Видимо, сказывается опыт работы в производственной сфере - на "АвтоВАЗе", откуда он пришел в космическую отрасль.

Конечно же, хочется все сделать побыстрее. И при этом, чтобы ракеты не взрывались на стартовом комплексе, чтобы межпланетные станции долетали до марсианских пустынь, а не заканчивали досрочно свой полет на дне Тихого океана, и, наконец, чтобы у нас появились амбициозные проекты, подобные тем, что есть сегодня у американцев, китайцев и индийцев. Конечно, пятое место в космонавтике, которое отводится нам сегодня международным сообществом, тоже почетное, но ведь совсем недавно мы были в лидерах, а потому так хочется вернуться к ним вновь!

Надежды есть, и основания для них - тоже. В том числе и обещание, что Ракетно-космическая корпорация будет создаваться реально, не на бумаге. Обещаний и прогнозов на эту тему было много. Руководители Роскосмоса были на них щедры. Создавались иллюзии, будто мы собираемся лететь на Марс и Луну, испытывать новый корабль, вести постоянные наблюдения Земли из космоса, а также строить на орбитах и в лунных морях промышленные предприятия. Это были дерзкие и увлекательные проекты. А в то же самое время предприятия космической и ракетной промышленности бедствовали из-за отсутствия средств, не развивались, а по устаревшим технологиям собирали носители и спутники, для которых комплектующие приходилось закупать в других странах. Электронная промышленность и машиностроение начали деградировать, и они уже не способны обеспечивать сложную технику всем необходимым.

К сожалению, мало использовался опыт прошлого. Многое из него было заброшено лишь по одной причине – из-за клейма "советское наследие". Столь примитивная техническая политика и приводит к тому катастрофическому состоянию, в котором доныне пребывает наша космическая индустрия.

Я часто встречался с великим конструктором и ученым Владимиром Федоровичем Уткиным. Дважды Герой Социалистического труда, лауреат Ленинской и Государственных премий, академик. Он – создатель знаменитой "Сатаны", ядерной ракеты, которой так боялись американцы. Он – главный конструктор "Зенита", одной из лучших космических ракет. Много лет В.Ф. Уткин руководил уникальным предприятием, на котором создавались лучшие в мире боевые ракетные комплексы и космические носители, равных которым до сегодняшнего дня не существует.

Я расспрашивал академика Уткина об основных особенностях создания ракетной техники. Некоторые его идеи сегодня столь актуальны, что их следует напомнить тем, кому суждено создавать Ракетно-космическую корпорацию, то есть попытаться воссоздать основы работы предприятий, связанных с этой уникальной техникой.

В.Ф. Уткин говорил: "Самое главное, за чем надо следить, это чтобы вся наземная отработка шла как можно ближе к реальным условиям. Это трудно, но успех именно в этом. И второе: нужно тщательно следить за “стыками” - там, где конструктор присматривает за своими делами, аварий обычно не бывает. Но если один надеется на другого и наоборот, именно тут, на стыке интересов, и жди неприятностей. Это, как на охоте - обложат волка или лису, где они уйти могут? Только между двух охотников, один надеется на другого и упускает зверя... Потом любая погрешность становится очевидной, и удивляешься, как такую простую вещь пропустить можно!? Ну а принцип, что "победа имеет много отцов, а поражение всегда сирота" в нашей области всегда действовал… Каждый комплекс рождался общими усилиями. Конструктора шли в проектный отдел и там вместе готовили чертежи. Группа из трех-пяти человек помогала выпускать эскизный проект, а потом они, не теряя времени, сразу приступали к работе и выпускали чертежи. К конструкторам приходили технологи и садились с ними рядом. Таким же образом взаимодействовали с цехами завода. Пожалуй, именно только на “Южмаше” существовала такая четкая система".

Наверное, именно такую систему следует воссоздать в Корпорации. Люди должны знать, что они работают вместе, над общим делом, и общая ответственность за успех слагается из ответственности каждого.

И еще очень важное условие: руководитель отрасли имеет право требовать от подчиненных надежности работы только в том случае, если они убеждены в его профессионализме. В данном случае понятие "менеджер" не должно скрывать техническую безграмотность.

В одной из наших бесед с академиком Уткиным я заметил: "Вы с большим уважением говорите о прошлых руководителях?"

"А разве я могу иначе, если они заслуживали этого!? - удивился Владимир Федорович. - К примеру, тот же министр радиопромышленности Валерий Дмитриевич Калмыков. К нему приходишь с чертежами, и он их читает не хуже, чем главные конструктора. Это был крупнейший специалист, а технолога вообще равного не было! Ну и готовился он к встрече со специалистами тщательно, времени на это не жалел. А это важно и заслуживает всяческого уважения! И еще: умел держать слово... Понятия "слово и дело" были своеобразным знаменем тех лет, и на них проходило становление и стремительный взлет ракетной техники... В министерстве, где проходила коллегия, висел лозунг: “Кто хочет сделать дело - тот ищет способ. Кто не хочет - ищет причину".

В космическом ведомстве теперь новые руководители. Хорошо, что они сразу не начали обещать нам новые проекты и программы. Хорошо, что не торопятся побыстрее провести реформы. Хорошо, что пытаются возродить предприятия, связанные с созданием ракетной и космической техники. Хорошо, что заботятся о молодых специалистах, которые приходят в отрасль…

И еще очень важно помнить о тех традициях, которые появились у нас на начальном этапе завоевания космических пространств. Это делали очень талантливые и умные люди - почему же их опыт и знания не использовать сегодня?!..