Увы, зарплата не единственная беда

Конечно, такое повышение зарплаты учителей было бы позитивным шагом. Однако, даже если обещание будет реализовано – не уверен, что это поможет России "поднять" сферу образования. Верно, что хорошие специалисты не идут сегодня в школы из-за невысокой зарплаты. Но это не единственный фактор.

Потенциальных учителей отпугивает также бюрократизация образования. То есть создание ситуации, в которой они оказываются в большей мере чиновниками, чем педагогами, вынуждены ориентироваться на далекие от задач подлинного образования индикаторы (такие, как результаты ЕГЭ). Фактически в современной государственной школе педагоги имеют все меньше и меньше академической творческой свободы, возможностей выстраивать личностный диалог с учеником и его семьей.

Еще один фактор: профессия учителя становится все более и более опасной. Это связано с тем, что школа все чаще оказывается вне сферы воспитания, а у педагогов, под предлогом обеспечения соблюдения неверно понимаемых прав детей, шаг за шагом отнимают возможности реального воспитательного воздействия на школьников. Участились случаи насилия над педагогами со стороны учащихся, а возможностей не допустить подобных действий у современной школы очень мало.

На этом фоне странно выглядит стремление заставить педагогов отвечать за каждое негативное событие в жизни учеников, от плохой отметки до подросткового суицида. Например, заместитель генпрокурора РФ Виктор Малиновский недавно выступил, на мой взгляд, с совершенно неадекватным и откровенно популистским предложением – привлекать к ответственности учителей при каждом случае самоубийства подростка.

Для возрождения российской школы необходимы комплексный пересмотр государственной политики в отношении школы и педагогов, создание для учителей благоприятной профессиональной среды, действия по изменению отношения общества к ним, возвращению общественного уважения к нелегкой профессии учителя. Причем все это должно происходить на фоне усиления влияния родителей и семьи на управление школами и образовательный процесс, создания условий для реального сотрудничества школы и родителей в интересах семьи и ребенка. Иными словами, необходимо системное изменение ситуации в образовании, с самым серьезным учетом мнения независимых экспертов, педагогических и родительских объединений, с учетом интересов сторонников разных форм образования и направлений в педагогике.

Таким образом, одним повышением зарплаты радикально в ситуации с современным школьным образованием ничего не изменишь. Хотя, конечно, радует, что сегодня министр говорит уже о повышении зарплаты всем учителям – еще недавно он намекал, что не все они достойны получать больше денег, а пожилых учителей вообще нужно усиленно выгонять на пенсию.

Стоит отметить, что обещания повысить зарплату учителям звучали и ранее – и, увы, далеко не всегда выполнялись в полной мере. Именно такой была ситуация в 2011 г. На местах не просто повышали зарплату выборочно, но и увеличивали нагрузку, лежащую на учителях, – а это фактически означает, что реального увеличения заработной платы в пересчете на объем учительской нагрузки не произошло.

В некоторых других регионах "повышение зарплаты" иногда выглядело как снижение нагрузки при сохранении заработной платы – но это означает, что уровень жизни учителя в реальности оставался прежним. А в ряде регионов по тем или иным причинам раньше просто не выполнили обещания федерального министерства.

В итоге профсоюз "Учитель" осенью 2011 года заявил, что ряд факторов "превращает в профанацию" обещанное повышение заработной платы. В своем заявлении педагоги перечислили эти факторы: непрозрачность механизма и результатов повышения, саботаж со стороны чиновников, крайне низкий уровень средней заработной платы в некоторых регионах, дискриминация отдельных категорий педагогов, подмена понятий (повышение лишь базового оклада, а не реального объема зарплаты), сокращение на фоне "повышения зарплаты" сети образовательных учреждений и рабочих мест.

К сожалению, многие из этих факторов могут оказаться актуальными и сегодня, что снижает степень априорного доверия к обещанию министра. Кстати, в конце февраля, подводя итоги своей восьмилетней работы, Андрей Фурсенко попрощался с коллегами, так что есть вероятность, что отвечать за выполнение или невыполнение его обещания будет уже кто-то другой.