Общественная палата в очередной раз выступила в своём духе: с абсурдным предложением, вредным для России. Главе Министерства обороны С. Шойгу была направлена рекомендация: разрешить военнослужащим не произносить при принесении присяги слово "клянусь", заменив его на "обещаю". Инициировал эту инновацию профессор РГГУ, доктор юридических наук Анатолий Пчелинцев.
Пчелинцев сослался на Евангелие, которое, по его мнению, запрещает христианам клясться, а также заявил, что в царской армии православным позволялось заменять "клянусь" на "обещаю", в подтверждение чего назвал ст. 178 Устава Российской империи о воинской повинности.
Протоиерей Д. Смирнов, председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами, высказал одобрение, сообщив агентству "Интерфакс-религия": "Я, безусловно, поддерживаю эту инициативу, потому что в Евангелии сказано “Не клянись вовсе”". Дьякон А. Кураев в своём блоге тоже поддержал: "уход от прямого слова “клянусь” нельзя не приветствовать".
М-да уж, как говаривал Киса Воробьянинов… Давайте разберёмся с обоснованиями и последствиями такой замены.
Начнём с Устава о воинской повинности, высочайше утвержденного 1 января 1874 года. Приведенная Пчелинцевым в качестве аргумента статья 178 гласит: "Вольноопределяющиеся поступают на службу рядовыми и несут ее наравне с нижними чинами, поступившими по призыву, с допущением в отношении к ним тех облегчений, которые установлены будут Военным министерством". Про вероисповедание и клятву — ни слова.
Более того, про вероисповедание во всём Уставе лишь два упоминания: ст. 62 "Освобождаются от воинской повинности: 1) священнослужители всех христианских вероисповеданий…" и ст. 99: "В приписных свидетельствах означается… в) вероисповедание…". Так что доктор юридических наук соврамши, причём в сфере своей компетенции.
Что же касается "не клянись" в Евангелиях — то ситуация ещё интереснее.
Да, написано "Я говорю вам: не клянись вовсе…", но предыдущая фраза гласит: "сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои" (Мф. 33-34). А Христос заявлял: "Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить". (Мф. 5:17).
И в Ветхом Завете про клятвы предостаточно. "Господа, Бога твоего, бойся и Ему одному служи, и к Нему прилепись и Его именем клянись" (Втор. 10:20). Или: "Если кто даст обет Господу, или поклянется клятвою, положив зарок на душу свою, то он не должен нарушать слова своего" (Числа 30:3)
Как это совместить? Очень просто: Иисус объясняет, что не надо клясться небом, землёю, Иерусалимом, своею головою и т.п. потому, что всё это принадлежит Богу, и клясться имеет смысл лишь его именем, и уж тогда клятвы не нарушать.
Так, согласно Духовному регламенту Всепресветлейшаго, Державнаго Государя Петра Перваго, Императора и Самодержца Всероссийскаго, члены Святейшего Синода произносили такую присягу при вступлении в должность: "Азъ, нижеименованный, обещаюся и клянуся Всемогущимъ Богомъ, предъ святымъ Его Евангеліемъ…".
Текст присяги Российской империи в начале ХХ века: "Я, нижепоименованный, обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом, пред святым его Евангелием, в том…"
Риторический вопрос: почему я, атеист, это знаю, а православные, включая некоторых священнослужителей, понимают Библию строго буквально, в отрыве от контекста? Есть, правда, и такие христианские конфессии, но православие к ним не относится.
Не буду гадать, по какой причине некоторые священники считают себя праведнее своих коллег, как современных, так и в историческом плане, или по какой причине православные не замечали "клянусь" веками, и только сейчас внезапно дошло, но ещё не до всех. Куда важнее вред, который пытается нанести России Общественная палата, выступая с такими рекомендациями. Чем отличается клятва от обещания?
Согласно словарям русского языка, клятва — это торжественное обещание, уверение в верности; обещание — добровольное обязательство сделать что-либо. Синонимы клятвы: присяга, обет, зарок. Синоним к "обещать" — "посулить". Разница понятна?
"Обещать — не значит жениться", "обещанного три года ждут", но: "клятвопреступник". Обещание — это "по возможности, если смогу", а клятву надо выполнять, не смотря ни на что.
При вступлении в пионеры говорили: "перед лицом своих товарищей торжественно обещаю…": обещание, если в общественном плане — это именно детский уровень, "я постараюсь". Присяга же — это уже взрослая ответственность. Не просто красивые и пафосные слова, но официальный перевод себя под юрисдикцию военного уголовного права. И вообще… Получается, что нельзя принести клятву верности Родине потому, что кому-то из верующих, которые считают себя святее собственной церкви, это не нравится?
Впрочем, не буду настаивать, что это предложение — осмысленное вредительство. Не стоит множить сущности без необходимости, и не обязательно является преступным замыслом то, что объяснимо глупостью. Однако, что характерно, изображение бурной и кипучей деятельности Общественной палатой постоянно приводит именно к абсурдным и при этом вредным для России инициативам.
Комментарии
Комментариев пока нет.